Блог Сергея Головина

Сверхестественная естественность

На протяжении веков мыслители, признавая существование естественного нравственного закона, пытались найти рациональное обоснование для него. Так, Аристотель утверждал, что всякая вещь имеет предназначение, ради которого она существует, и именно этому предназначению она обязана своими свойствами. Поскольку же человек наделен разумом и совестью, его предназначение – жить разумно и в согласии с совестью, руководствоваться нравственными велениями сознания.

Философы-стоики считали, что вообще всё сущее (как природа, так и общество) управляется разумными законами гармонии и единства. Отчасти эти законы отображены в нашем сознании. А потому «естественный закон» – это то, что разум предписывает для достижения гармонии общественного устройства.

Необходимо, однако, понимать, что античная философия в принципе была неспособна принимать во внимание весьма важный фактор: то, что человеческая природа повреждена грехом: «все согрешили и лишены славы Божией» (Римлянам 3:23). Грехопадение разрушило первозданное богоподобие человека, и потому его совесть и разум уже не могут служить абсолютным и объективным мерилом нравственности. Более того, в соответствии с Писанием, совесть человека может быть оскверненной (1 Коринфянам 8:7, Титу 1:15) и даже сожженной (1 Тимофею 4:2). Поэтому так называемая «естественная нравственность», хоть и обладает определенной степенью достоверности, но имеет переменчивый, относительный и избирательный характер.

Другая проблема, связанная со сведением всей этики к «естественному закону» заключается в том, что существование не обуславливает долженствования – предписания не следуют из описаний. Как можно перейти от «того, что есть», к «тому, что должно быть»? Каким образом факты становятся для нас моральным долгом? Почему я должен подчиняться требованиям морали? Эти вопросы неизбежно остаются безответными.

Платон в диалоге «Государство» (360 г. до н.э.) пытается преодолеть возникающее затруднение, утверждая, что знающие благо будут любить его и поэтому будут стремиться к нему. В то же время он считает, что нравственная добродетельность является необходимым условием для познания блага. В итоге получается, что чтобы стремиться к добродетели нужно знать, что есть благо, а чтобы знать, что есть благо, надо, в свою очередь, быть добродетельным. Но даже если и не обращать внимания на этот замкнутый круг в рассуждениях, проблема не снимается. Допустим, Платон убедительно объяснил, почему знающие благо могут стремиться к нему – исключительно из любви ко благу. Но остается открытым вопрос: почему знающие благо должны творить его? Ведь само по себе знание ни к чему не обязывает.

Читайте также:

Впоследствии (в труде «Законы», 354 г. до н.э.) Платон признает, что понятие «благо» сверхъестественно по самой своей природе. Поэтому, заключает он, для атеистов – тех, которые отвергают божественное происхождение этических норм, – понятие морального долга бессмысленно, и они не способны быть хорошими гражданами. Действительно, абсолютная и совершенная Божья воля – единственное адекватное объяснение существования объективного естественного нравственного закона. «Естественный закон» сверхъестественен по своей сути.

Сподобалось? Підтримайте Газета Слово про Слово на Patreon!

Привіт 👋 А ви уже підписані?

Підпишіться, щоб отримувати новини кожного вечора!

Поддержите наших журналистов, пожертвуйте прямо сейчас! Это очень нужный и громкий голос для поддержки качественной христианской журналистики в Украине. 5168 7574 2431 8238 (Приват)

Сергей Головин

Доктор философии (Ph.D), доктор прикладного богословия (D.Min), магистр гуманитарных наук МА, религиоведение, магистр естествознания (физика земли), магистр педагогики (физика). Президент Христианского научно-аполегетического центра.

Схожі статті

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Back to top button