интервью

Как живется за границей многодетной украинской семье – интервью с супругами Натальи и Виталия Тиманов

В мае львовские супруги Натали и Виталия Тиманов, которые проводили более 18 лет добрачные курсы для львовских молодоженов при Церкви св. Андрея отметило 20-ю годовщину брака, а через 2 недели, в День своего рождения 3 июня, Наталья в немецкой клинике города Бруксаль родила 13-го ребенка — дочь Викторию. О том, как живется за границей многодетной украинской семье читайте в материале журналистки Галины Козар.
— Наталья, Виталий, многие считают вашу семью образцовой: мама, папа, 10+3 детишек (3-е деток на небе), 20 лет супружеской жизни, прожитых в согласии и любви. Знаете какой секрет счастливого брака?

Сразу хотим сказать, что мы себя такими не считаем, поскольку мы обычная украинская семья, которая переживает такие же радости и трудности, как и другие украинские семьи. Мы также вынуждены были покинуть Украину, убегать от войны. Мы ничем не отличаемся от других семей, так же верим в Бога и всегда стараемся строить наши жизненные планы согласно Его законам.

– В этом году вы отметили 20-летие брака. А как началась история вашей семьи?

Виталий: Наша первая встреча состоялась в храме святого Онуфрия во Львове на церковном собрании Марийской дружины. Сюда меня пригласили друзья и сразу, с первого взгляда, как только я увидел Наталью, я влюбился. И с того времени, уже более 21 года, Наталья остается для меня самой красивой женщиной в мире, любящей женой и верной помощницей. Наталья возглавляла Марийскую жену, была очень взвешенной в работе, последовательной, не по годам зрелой, мудрой, вместе с тем, имела кроткий подход ко всем членам общины, умела так организовать работу, что все дела, даже самые трудные, делались быстро и легко.

 

– Это была любовь с первого взгляда. А когда вы поняли, что это ваша будущая жена?

Виталий: Однажды, возвращаясь после совместной молитвы домой, проходили через гору Высокий Замок, но дорога была довольно длинной. Беседуя, в тот вечер мы полностью открыли души друг другу. И тогда я окончательно понял, что это – ОНА.

Наталья: И я после этого разговора понимала, что лучше Виталика парня я не встречала, и что он будет для меня всегда поддержкой, опорой и моей самой крепкой скалой, что он именно тот мужчина, с которым я хочу построить семью, родить детей. В то время, когда моя мама после инсульта лежала в больнице на повторном курсе реабилитации, Виталик как раз учился на реабилитолога в Институте физкультуры и тогда как раз проходил практику в инсультном отделении этой больницы и был единственным практикантом, который смог убедить мое восстановление. Делал это совершенно бесплатно, не жалея ни сил, ни времени, и я тогда в очередной раз поняла, что именно Он и есть тот «единственный от Бога». Затем вместе с другими участниками Марийской дружины мы имели поездку на озеро Свитязь, где наши отношения развивались, а накануне Нового 2002 Виталик сделал мне официальное предложение стать его женой при всем товариществе Марийской дружины. Торжественно, встав на одно колено, подарил мне золотое кольцо, на которое собирал деньги из четырех зарплат. И это был настолько трогательный и неожиданный момент, что тронуты были все присутствующие на этом событии: и я, и он, и наши друзья…

Виталий: А потом был наш первый курс церковных предбрачных наук, который мы потом более 18 лет преподавали при Церкви Андрея для львовских молодоженов. Надо сказать, что в то время это были вообще первые такие «семейные курсы» как во Львове, так и в Украине. Их проводил отец Юрий Коласа вместе с отцом Юрием Бойко. И за все время, пока мы посещали эти 19 занятий, мы обсудили все моменты, связанные с распределением обязанностей в семье и все острые вопросы. И каждый раз, возвращаясь домой после этих лекций, мы, два лидера, размышляя над услышанным, очень сильно спорили, дискутировали, а порой даже ссорились. В некоторых вопросах у нас были вообще кардинально разные взгляды на семейные ценности. Поэтому, скажу вам честно, теперь мы шутим, что за время тех добрачных наук мы отругали всю жизнь вперед так, что больше ссориться нам уже не хотелось. Бывало, что мы просто шли по улице и так громко спорили, что люди, слыша нашу шум, вращались, но именно в тех дискуссиях и спорах как раз и рождалась наша золотая истина, которая позволила нам жить в мире-согласии. Мы о многом говорили и мы обо всем договорились еще перед нашим венчанием. Так сказать «на берегу».

– То есть сейчас в вашей семье не бывает ни споров, ни конфликтов?

Наталья: Мы обычные, живые люди и так же спорим, как и другие. Иногда, крайне редко, можем и повздорить, но мы вывели для себя правило: когда есть какая-то острая ситуация – идем к исповеди, потом на разговор к священнику, потом садимся вдвоем к диалогу и договариваемся обо всем в спокойной атмосфере. Я считаю, что этот рецепт идеально подходит для всех семейных пар.

– Виталий, а что именно, по вашему мнению, является главным инструментом счастливых семейных отношений?

Виталий: По моему мнению, ключевым моментом для супружеского счастья является непрерывный диалог. Супруги должны иметь постоянную

постоянно говорить о том, что они чувствуют, о том, чего они хотят. Это и есть, собственно, тот момент, когда мы даем живую обратную связь своей «половинке». Второе – очень важно умение правильно сформулировать семейные цели и планы.

С самого первого дня нашей семейной жизни, вместе с женой мы договорились о том, что как бы то ни было, мы всегда вместе, держась за руки, и держа за руку Бога, будем идти Его по дороге и ни на шаг не свернем с нее.

Наталья: Хочу только добавить, что в последнее время 15 минут в конце каждого дня мы говорим с мужчиной обо всем хорошем, что произошло за этот день в жизни нашей семьи и благодарим Бога, а также друг друга.

Я бы посоветовала такую ​​практику семейного диалога всем семьям, потому что она очень укрепляет семейные отношения.

– А какими основными правилами руководствуетесь в воспитании ваших детей?

Виталик: Я бы описал кратко и только двумя словами – любовь и дисциплина. Наталья у нас очень любящая мама, поэтому весь дисциплинарный процесс контролирую я.

– А сталкивались ли вы с проявлениями детской ревности, когда рождался следующий ребенок?

– Нет, в нашей семье такого явления никогда не было, поскольку воспитываем детей в любви и стараемся каждый день уделить каждому нашему ребенку хотя бы несколько минут личного времени.

– А проживали ли ваши супруги семейные кризисы, тяжелые периоды?

Наталья: Да, конечно. У нас было все, как и у других семей – и кризисы, и трудности. Ибо это просто нереальный вызов для супругов прожить семейную жизнь безоблачно. Поэтому я всем говорю: пусть вас не пугает, а больше обращайте внимание на то, как вы решаете эти кризисные моменты в ваших семьях. А самым драматичным периодом для нашей семьи были 2016-2018 годы, когда у нас уже было 8 детей. Именно в это время мы пережили самый большой кризис наших отношений. Виталик тогда очень тяжело заболел, пережил сложную операцию на сердце, которая оказалась еще крайне неуспешной, и через 9 месяцев после нее пришлось делать еще вторую операцию. Это было очень тяжелое время для нас всех. Я осталась одна с восемью детьми на руках.

Было очень тяжело как и физически, так и морально. Это также был большой кризис переоценки жизненных ценностей, в том числе моих.

Было тяжело, было страшно, потому что врачи не давали Виталику никаких гарантий выздоровления, поэтому, идя на операцию, он прощался со мной…

Но это также было время перерождения и понимания того, насколько мы дороги друг другу и что с нами всегда рядом есть Бог и добрые люди.

Финансово в то время нам очень помогли и семья, и друзья, и пациенты Виталика. Даже из столь серьезных бед Бог «вывел» нас счастливо и Виталик очень быстро реабилитировался как после первой, так и после второй операции. Через неделю вернулся из киевской клиники во Львов.

– Наталья, а как вы справлялись с вашим хозяйством, которое к тому времени, как я знаю, было уже довольно большим?

– Вся тяжесть мужских обязанностей легла на плечи наших старших сыновей, а девушки помогали мне по домашнему хозяйству, хотя мы никогда не заставляли детей работать, потому что они сами изъявляли желание помогать нам. Всю мужскую работу Виталику всегда помогал делать старший сын Назар, который, имея всего 8 лет, уже ухаживал за 250 шиншиллами, а в 17 лет профессионально возился с лошадьми, умел вспахать огород, понимал и интересовался сельскохозяйственной техникой, и Дмитрий, еще в 8 лет самостоятельно верхом объездил двух лошадок, ухаживал 60 овец, коз, и Устимко, который в 13 лет уже следил 10 нутрий, кур, индюков, собак, и Богуслав, которому сейчас 6 лет, но он уже тоже радостно помогает сестричкам по дому.

Ребята делали всю мужскую работу, а девушки помогали мне на кухне и с меньшими детьми. Самая старшая дочь Анна-Мария уже в 6 лет умела в случае необходимости присмотреть маленького Устимку, а от 3-х лет очень любила лепить вареники. Маленькая, ростом ниже стола, чумазая в муке, но всегда счастливая, что помогает маме. Когда ей было 10 лет, она самостоятельно налепила 144 вареника, самостоятельно замесив тесто, пользуясь только дистанционно моими советами. Поэтому в это тяжелое время она стала для меня главной помощницей. Как и Галинка, которой сейчас 11 лет, и она уже умеет приготовить завтрак на всю семью и очень любит печь медовщик, а также любит радушно принимать посетителей своей выпечкой.

– А насколько велико было ваше хозяйство тогда?

– К тому времени у нас было 4 лошади гуцульской породы, одна пони, 5 коз, несколько баранов, 500 шиншилл, 2 собаки, куры и индюки.

– Наталья, благодаря чему вам удалось пережить то страшное время?

– Конечно, больше всего меня держала в это время вера в Бога, что он не оставит нашу семью, поддержка семьи, детей, друзей и именно в это страшное время я научилась заботиться о себе, о своих нуждах, потому что была настолько истощена и физически, и эмоционально, что понимала, что не имея ресурса, я не смогу помочь ни себе, ни детям, ни больному человеку. Когда Виталику стало немного легче, я сразу начала посещать бассейн, фитнес-зал, а потом я впервые за время нашей супружеской жизни, отважилась на 10 дней только с одним младенцем поехать в Трускавец к своей подруге на отдых, оставив детей с Виталиком. Так же мы договорились о том, что и Виталик сможет запланировать такой отдых от детей, но он, как любящий муж и отец, такого себе никогда не позволяет, поскольку беспокоится о том, чтобы у меня всегда было больше времени на отдых.

В нашей семье мы давно научились договариваться о таких моментах.

– А где вас застала война и как вы приняли решение уезжать за границу? Как вам переехал?

Наталья: За день до войны у нас была хорошая прогулка в лесу. Помню, что очень хорошо светило солнышко, щебетали птички, мы возвращались домой, пели благодарственную песню Господу, радовались жизни. Когда на следующий день утром завыли сирены и объявили войну, нам было очень тяжело поверить в то, что это происходит все с нами еще и в 21 веке.

Посовещавшись с мужем, мы сразу приняли решение, что останемся во Львове и никуда из Украины не уедем. Я к тому времени была уже на 6-м месяце беременности и мне никуда не хотелось уезжать из родного дома. Но, просыпаясь, по несколько раз за ночь от сирен, каждое утро я испытывала постоянную тревогу и страх.

В то время нам поступало много предложений от наших друзей уехать в Меджугорье или в Германию, но каждый раз мы возвращались к нашему первому решению. Дети тоже не хотели никуда уезжать.

– Но вы таки уехали 25 марта в Польшу…

Да. Поскольку Виталик является участником польской инициативы «Тато.нет», в то время его пригласили посетить тренинги для родителей в Польше, то для этих встреч он должен был взять нашу старшую дочь Анну-Марию, но зная, что у нас в семье есть не одна дочь, организаторы предложили Виталику взять и других. Мы приехали в город Белобжеги в Польшу с Анной-Марией и с 5 младшими детьми, отбыли тренинги, а за день до того, как мы должны возвращаться во Львов, узнали из новостей, что во Львов прилетело 5 ракет и что они наделали много вреда. И тогда мы впервые задумались, стоит ли нам с детьми возвращаться домой.

Виталик вернулся сам, а я с 6 детьми остались жить в Реколлекционном доме. Нам сразу стали помогать польские волонтеры, потому что у меня не было ни документов, ни денег, ни возможностей.

Виталик, вернувшись домой, сразу начал думать, что делать с нашим огромным хозяйством, кому все это раздавать, чтобы уже со старшими детьми приехать к нам. Конечно, мы очень много молились за это решение, потому что оно давалось нам очень тяжело. Еще полтора месяца мужчина медлил, надеясь, что война скоро кончится. Все это время волонтерил во Львове, дежурил на посту в рядах терробороны. Но война только набирала обороты, а время родов приближалось. Виталик, ничего не говоря мне, подал документы на подписание контракта в терроборону области, но получил отказ. После отказа через 2 недели наше хозяйство было роздано-распродано и Виталик со старшими детьми приехал к нам пригород Жешува, и уже все вместе, по приглашению наших друзей из сообщества «Свет Марии» мы поехали в дальний путь в Германию.

– Кто теперь живет в вашем доме возле Львова?

– Там теперь никто не живет. Остались только собаки, за которыми ухаживает наш родственник.

– Виталик, каким было ваше прощание с домом?

Скажу коротко: это было очень тяжелое прощание со страной, с домом и то было наверняка то решение, которое мне далось тяжелее всего в жизни, потому что все, что было приобретено за все те годы в супругах, в основном пришлось раздать или продать за полдарма. Также не просто было найти аргументы для убеждения своего патриотизма, ведь я оставляю свою страну, родную землю которую вспахал, засеявшие огороды, дом который стоял почему-то грустный, мрачный и тихий.

– А что было самым тяжелым в этой вашей длинной дороге в Германию?

Наталья: Самым тяжелым был даже не сам переезд, а то ощущение, что твой любимый мужчина далеко от тебя, поскольку к тому времени мы никогда на такие длинные промежутки времени не расстались. Мы всегда были вместе и в радости, и в горе, друг другу помогали во всем, а здесь я одна целых полтора месяца с шестью детьми осталась в чужой стране. И хотя мне очень помогали волонтеры, мне не хватало его мужской поддержки и мужественного плеча. За время нашего пребывания в Польше мы три раза поменяли место жительства, поскольку в Реколлекционный дом должны были заехать после Пасхи сестры-монахини и священники на реколлекции, а потом мы даже жили в школе, оборудованной для украинских беженцев, спали на этажных кроватях в классе, где в трех классах было более 60 человек. С каждым днем ​​роды приближались, а жилищные условия становились все хуже и хуже. Мы с тяжелой бедой выдержали в этой школе всего неделю, поскольку понимали, что должны ехать-кочевать дальше. И тогда мы снова поехали к нашим другим друзьям из церковного сообщества в Гостеприимный двор возле Жешува. Там пробыли еще три недели и тогда уже когда Виталик и четверо наших старших детей приехали, все вместе отправились в Германию.

– Почему вы выбрали именно Германию, где есть серьезный языковой барьер?

– В январе 2022 года под Новый год мы составляли планы на будущее – что мы хотим много путешествовать по нашей большой семье по миру, а уже в марте началось наше большое семейное путешествие, и нам очень жаль, что ее причиной стала война.

– А где вы сейчас живете, какие условия?

– Мы живем в селе, есть отдельный домик, который нам полностью оплачивает государство.

– Наталья, я боюсь даже спрашивать, тяжело ли вам было?

– Ой… Вначале было очень тяжело, не раз и слеза катилась по моему лицу: чужая страна, чужие законы, ничего не знаешь, ничего не можешь сказать, 9-й месяц беременности, 9 детей, скоро рожать…

Я очень волновалась, переживала, имела тяжелую адаптацию. Для меня даже небо Германии все это время было каким-то пасмурно-серым.

Я ужасно скучала по Украине, по друзьям. И то настолько сильно угнетало, что я постоянно сердилась на мужчину, что нас так далеко от дома завез. Пока однажды, в момент такого отчаяния, к нам во двор не пришла немецкая соседка с хлебом-солью в руках, и на ломаном русском языке сказала нам, что она очень хочет нам помочь освоиться и сделает все для того, чтобы мы себя здесь чувствовали, как дома. Я искренне заплакала, потому что для меня та женщина была посланником Бога, чудом и великим Божьим знаком.

Ту соседку звали Мария. И ее неожиданный визит сразу вывел меня из состояния тяжелой депрессии.

— Кто эта госпожа?

– Мария приехала из Узбекистана в Германию, когда ей было 13 лет. Совершенно знает немецкий и русский языки и сейчас очень нам помогает адаптироваться в немецкой среде, показывает нам все и стал для нас очень родным человеком.

– То есть вы себя хорошо чувствуете сейчас в Германии?

– Да. Потому что не только она одна заботится о нас, но и другие волонтеры и я теперь просыпаюсь в покое, я больше не боюсь, что во Львов, в мой дом прилетит ракета. Ибо жизнь в постоянном страхе – это мучение.

– В Германии вы родили вашу дочь Викторию, каково медицинское обслуживание и какова медицина в Германии?

– Во Львове, когда я рожала 9 детей, у меня было очень хорошее медицинское обслуживание и такого же высокого уровня оно было и здесь, в Германии. Медицинский персонал очень квалифицирован, хотя и молодой – в возрасте до 30 лет, а старшие медики сидели на постах, принимали рожениц и проводили обследование.

Никакого постороннего вмешательства, без всякой таблетки я родила нашу дочь. Роды были настоящими, без обезболивания, и моя радость была тоже настоящей. 28 мая должна была родиться наша дочь, но почему-то она никак не хотела приходить в этот мир, пока не дождалась дня моего рождения – 3 июня.

Вот такой подарок я получила. Перед тем всю неделю я ходила на осмотры к немецким врачам, и за это время успела выучить главные немецкие слова, связанные с родами, также успела адаптироваться к немецкому медицинскому пространству. Хочу сказать, что все немецкие врачи очень приветливы, прекрасно относились ко мне и дочери. А когда я шла уже рожать, мне сказали, что ничего не нужно брать с собой – нам дадут все необходимое.

– А было ли что-то такое, что вас поразило, или что-то очень сильно отличавшееся от украинских родов?

– Да. Мы прибыли в роддом в 15.00, а родила я только в 23.35. В какой-то период мне даже казалось, что немецкие врачи как-то безразличны ко мне и что я сама рожу без их участия. А это проявляется у них такая ненавязчивая форма опеки над пациентом. Хотя я ничего не боялась, потому что рядом со мной был мужчина, который был почти на всех родах наших детей и он мне каждую секунду помогал, успокаивал, держал за руку, вытирал пот, давал рекомендации, когда я не слышала и не понимала немецких врачей, я слышала его голос, и это было для меня лучшим обезболиванием и анестезией.

Немецкие врачи с большим изумлением смотрели на то, как легко проходили наши роды. И говорили, что таких мужчин, так умело управляющих родовым процессом, как мой Виталик, они еще не встречали.

Я хочу сказать вам, что это было для нас с мужем тоже время такой особой романтики.

Мы приехали в родильный, когда открытие матки уже было 2 см, а сами схватки были довольно регулярными, но немецкие врачи не оставили нас в госпитале, а отправили нас обоих на прогулку в Замок, расположенный у самого роддома. Мы с Виталиком за то время прогулки успели совершили фотосессию. Ту, которую я не успела совершить за все 9 месяцев беременности.

Мы очень хорошо погуляли, пофотографировались и вернулись в роддом, но врачи нас снова отправили на прогулку на этот раз в парк. Мы уже прохаживались и по центру города, и по парку, и я мало в том парке там не родила нашу Викторию. У нас, в Украине никто из врачей не выпустил бы роженицу в родах на улицу.

Хочу сказать, что меня это очень удивило, но немецкие медики были очень положительно настроены.

– Что вам больше всего нравится в Германии?

– Мне очень нравится немецкий порядок. Здесь можно оставить открытой машину с документами и деньгами, зная, что никто ничего не украдет и это именно тот немецкий порядок, который гарантирует тебе безопасность.

– Планируете ли возвращаться в Украину, когда закончится война?

– Не знаем. Нам было хорошо в Украине, хорошо в Польше, сейчас хорошо в Германии. Я вспоминаю, как нам тяжело далось то решение о переезде, а как будет дальше, мы не знаем. Сейчас мы готовы к любым поворотам судьбы.

– А как ваши дети адаптируются в немецкой языковой среде?

– Даша и Яринка с 20 июня уже идут в школу. В нашей деревне есть несколько школ, и мы хотим наших всех детей адаптировать к учебному процессу.

– А что было самым трудным в адаптации в Германии?

– Хотя нам очень много помогают волонтеры, мы уже почувствовали на себе всю «радость» бюрократической волокиты по поводу всех документов, справок, которые были нужны нам, чтобы зарегистрироваться на статус беженцев. Но эта немецкая точность вознаграждается, поскольку собрав все справки, мы должны получить от государства и материальную помощь, и статус. В настоящее время мы еще не получили никакой помощи. Сейчас от государства только бесплатное жилье и коммунальные услуги, а наш близкий приятель дал нам деньги, чтобы мы должны хотя бы за что здесь жить первое время. Также есть немка-волонтерка, живущая на нашей улице, которая тоже очень нам во всем помогает.

– Планирует ли украинский господин-хозяин с сыновьями восстанавливать свое хозяйство здесь, на немецкой земле?

– Пока нет, потому что это очень современная, застроенная деревня. Но в конце села мы уже нашли поля, где можно было бы выпасать и держать кузнечиков. Поэтому все еще может быть…

– В Украине, как и во всем мире, сейчас наблюдается очень печальная тенденция к увеличению количества абортов, поэтому напоследок спрошу вас: кем для вас ваши дети?

– Наши дети для нас – это наше величайшее Божье благословение.

– Наталья, прошло 20 лет от вашей первой встречи с Виталиком, многое изменилось в вашей жизни, но вы и теперь, как и тогда чувствуете себя счастливыми…

– Да. Я очень счастливая женщина, жена, мама, и даже в эту войну я поняла, что с Богом мы сильны, и с Богом мы сможем преодолеть все тяжелые кризисы и трудности в жизни.

Если у нас в семье есть какие-то проблемы, мы все вместе становимся на колени перед святыми образами, молимся, просим, ​​и Бог нам дает то, в чем мы нуждаемся.

Дети супругов:

Виктория, 1 месяц;

Наталья, 3 года, пока единственной обязанностью которой является забава;

Богуслав, 6 лет. Самостоятельно научился читать на украинском языке, очень способен к иностранным языкам;

Яринка – танцует, занимаются на фортепиано;

Даша – занимается успешно музыкой;

Галинка, 11 лет, занимается народными танцами, профессионально рисует;

Устим, 13 лет, играет на цимбалах, которые семья привезла из Украины в Германию;

Дмитрий, 15 лет, очень способен ко всему и очень любит животных;

Назар, 17 лет, любит технику;

Анна-Мария, 19 лет, спортсменка, чемпионка Львовской области по боксу в 2020 году профессионально играет на фортепиано.

Папа – Виталий, реабилитолог.

Мама 13-х – Наталья, хранительница семьи.

 

Сподобалось? Підтримайте Газета Слово про Слово на Patreon!

Привіт 👋 А ви уже підписані?

Підпишіться, щоб отримувати новини кожного вечора!

Підтримайте наших журналістів, пожертвуйте прямо зараз! Це дуже потрібний і гучний голос на підтримку якісної християнської журналістики в Україні. 5168 7574 2431 8238 (Приват)

Галина Козар

Магістр ЛДМА ім. М. Лисенка, 25 років досвіду у культурно-мистецькій сфері. Журналістка видань: "РІА- Львів", "Ваше здоров'я", "Слово про слово". Для мене журналістика це не робота, це поклик серця, щоб робити світ щодня добрішим.

Схожі статті

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Back to top button
Дорогий читачу, дякуємо, що ви з нами

Запрошуємо стати частиною спільного майбутнього та приєднатися до друзів «Слово про Слово» — тих, кому не байдуже, чим наповнюється український інформаційний простір. Тих, хто дивиться на світ з християнської позиції. Підтримати проєкт

Сподобалось? Підтримайте Газета Слово про Слово на Patreon!